О жизни и творчестве А.А.Ахматовой. Семья Гумилевых

 

            С октября 1922 года Анна стала встре­чаться с искусствоведом и историком Ни­колаем Пуниным, знакомым ей еще с 1914 года. Ныне он жил вместе с женой Анной Арене и маленькой дочерью Ири­ной в южном садовом флигеле Шереме­тьевского дворца.

Между поэтессой и ученым завязались близкие отношения.

С 1924 года Ахматова все чаще оста­валась ночевать у Пуниных, а в 1926 году окончательно «осела» на Фонтанке. Тогда же она обрела «юридическую» свободу, рас­торгнув брак с Шилейко.

            Поселили Ахматову в кабинете. С одной стороны, проблема крыши над головой бы­ла решена, с другой, при всей доброте Анны Арене на ее полное понимание рассчиты­вать не приходилось.

Но объединение двух семей было выгод­но Пунину — так проще обеспечивать жен!

Николай Николаевич говорил позже, что их любовь с Ахматовой была трудной, мучительной, «темной радостью» и «слад­кой гибелью». И все же в глазах окружаю­щих они выглядели счастливой парой, осо­бенно в первые годы брака.

Ирина Пунина, дочь Николая Николае­вича, оставила много ценных свидетельств о том, какой Ахматова была в быту. Первую половину дня Анна Андреевна, не любив­шая рано вставать, обычно проводила в по­стели, читала или писала. В книгах она де­лала пометки, иногда даже заносила туда целые стихотворения. Если же ее куда-то звали, умела молниеносно собраться.

Когда гости заставали Ахматову в посте­ли, она ссылалась на недомогание. Бывало, поэтесса прибегала к этой уловке, избавля­ясь от нежелательных визитеров.

            Круг ее знакомых был широким, но Ах­матова предпочитала общаться с людьми из литературной среды. Зимой в те годы Анна Андреевна часто ходила на лыжах, обычно по льду Фонтанки.

            В 1924 году новые стихи Ахматовой по­явились в печатном виде в последний раз перед долгим перерывом или, как она сама его называла, «первым антрактом». Чтобы заполнить творческий вакуум, с середины 1920-х годов Ахматова погрузилась в изуче­ние архитектуры старого Петербурга и при­ступила к исследованию пушкинского на­следия. Кроме того, она учила итальянский и английский языки.

            Не случайно Анна Андреевна выделя­ет в качестве одного из основных мотивов поэзии Пушкина тему загробной верности умершему — ее преследовало чувство вины перед Гумилевым. Ахматова считала, что не только причинила ему много горя, но отча­сти и стала причиной гибели поэта. Об этом Анна Андреевна откровенничала с Павлом Лукницким, которому помогала в 1924— 1929 годах собирать материалы о жизни Николая Степановича.